Крепости
Касба на площади Ута-Хаммам
Place Uta el-Hammam
Ежедневно, кроме вторника, вход платный.
КрасотаТишина
Красные стены на фоне синей медины — единственное здание в городе, которое не красили. Десять башен из глины и извести. Сад внутри тихий, снаружи площадь шумит рынком. Город основал в 1471 году шариф Мулай Али ибн Рашид — крепость строили не для красоты, а против португальцев, которые в тот же год взяли Танжер и Асилу. Касба была первым зданием, медина выросла вокруг неё позже. Сегодня внутри музей — костюмы, утварь, вид на город с башни.
Поднимись на угловую башню — она выше остальных девяти, её достроили позже. Стены ни разу не красили в синий — единственное здание в медине, которое осталось того же цвета, что и пятьсот лет назад.
Открыть в картах
История
Город, закрытый для чужих
Ворота медины
Ворота открыты всегда, свободный проход.
СюрпризТишина
Узкие ворота, за ними — синий лабиринт. Сейчас через них проходят туристы с телефонами. Три века назад через них не проходил почти никто. С основания в 1471 году город был закрыт для христиан под страхом смерти — защита от испанцев и португальцев переросла в изоляцию на четыре века. Почти никто не входил. До прихода испанских войск в 1920-м внутри бывали только трое европейцев. Француз Шарль де Фуко проник сюда в 1883-м, переодевшись раввином, и провёл в городе один час. Британский журналист Уолтер Харрис в 1889-м вошёл под видом торговца из Танжера — позже написал, что для христианина попасть сюда считалось невозможным. Третий, американец Уильям Саммерс, разоблачения не пережил — его отравили, когда узнали, кто он.
Встань у ворот и представь, что за ними — единственный шанс за всю жизнь увидеть этот город. Харрис писал, что сама невозможность войти сюда и была причиной, по которой он так хотел это сделать.
Открыть в картах
Источники
Рас-эль-Маа
Ras El Maa
Утром — тогда стирают шерсть и ковры.
ТишинаКрасота
Вода выходит прямо из горы — холодная, быстрая, шумная. Женщины стирают шерсть на плоских камнях. Утром сюда приходят полоскать ковры, не туристов ради. «Рас-эль-Маа» значит «исток воды» — именно этот источник в 1471 году определил, где Мулай Али ибн Рашид поставит город: без воды крепость в горах Риф не продержалась бы. Река от источника до сих пор снабжает медину, а на плоских камнях ниже по течению женщины полощут шерсть перед покраской — холодная вода лучше закрепляет натуральные красители.
Пройди вверх по течению до самого выхода воды из скалы — оттуда начинается тропа к Испанской мечети. Отсюда же идёт дорога к заброшенной Испанской мечети на холме — её построили в 1920-х и ни разу не использовали.
Открыть в картах
Ремёсла
Ткачество Рифа
Dar Taliba
Кооператив работает днём, можно зайти без записи.
КрасотаЛюди
Шерсть толще и грубее, чем в Атласских горах южнее — здесь холоднее. Геометрия на тканях — ромбы, зигзаги, ступенчатые каймы, ни разу не цветочный орнамент. Кооператив Dar Taliba объединяет женщин, которые ткут по традиции гор Риф — она заметно грубее и теплее южномарокканской. Красители natural: марена даёт красный, грецкий орех — коричневый, индиго — синий, тот же тон, что и стены медины. Шерсть красят и полощут в воде из Рас-эль-Маа выше по течению.
Потрогай ткань с изнанки — плотность видна на ощупь лучше, чем на глаз. Синий на тканях — тот же индиго, что когда-то красил стены; ремесло и цвет города вышли из одного и того же красителя.
Открыть в картах
Цвет города
Синий, которому нет и ста лет
Ras El Maa viewpoint trail
Стены подкрашивают каждую весну — сами жители, не подрядчики.
СюрпризКрасота
Сверху видно, насколько ровно синий лежит по крышам — будто вода стекла с гор и застыла на стенах. Издалека кажется, что так было всегда. Самые старые фотографии города, сделанные испанцами в 1920-1930-х, показывают преимущественно белые стены. Массовая покраска синим — явление XX века, не XV, когда город основали. Распространённая версия связывает цвет с еврейскими беженцами, бежавшими от нацистских преследований в 1930-40-х: в иудаизме синий краситель клали в нити молитвенного покрывала как напоминание о небе. Еврейская община Шефшауэна росла именно в эти годы, но почти вся уехала в Израиль после 1948-го. Синий на стенах продолжал распространяться и после её отъезда, десятилетиями позже, во второй половине века. К 1980-м он покрывал уже почти всю медину.
Приглядись к домам у площади Ута-Хаммам — на старых фото белый держался там дольше всего. Между первыми беженцами и сплошным синим прошло больше полувека.
Открыть в картах
Место дня
Каждый день — новое место, из любого города. Без обещаний, что это будет именно Шефшауэна.
