Бары
Остерия дель Соле
Vicolo Ranocchi
Своей еды не подают — купи что-нибудь в соседней лавке Квадрилатеро перед входом.
ЛюдиКрасота
За длинными деревянными столами сидят студенты, рабочие в спецовках и старики с прошлого века одновременно. Своей еды бар не готовит. Только вино и пиво. Вывеска на двери короткая: просто «Vino». Часы на стене тикают дольше, чем стоит сам город. Бар открылся в тысяча четыреста шестьдесят пятом году и с тех пор почти не изменил правило: еду не подают вообще, только вино, пиво и немного крепкого. Посетители покупают колбасу и хлеб в соседних лавках рынка Квадрилатеро и приносят с собой — так было заведено ещё тогда, когда лавки торговали при свечах. За одним столом здесь может оказаться профессор университета, водитель фургона и компания студентов — правило простое: садись куда есть место, остальное неважно. Хозяина по имени Лучано, по слухам, может не пустить внутрь даже знаменитость, если тот ему не понравится — впрочем, эта деталь передаётся из уст в уста, а не документирована нигде.
Садись за любой свободный край длинного стола, даже если он уже занят другой компанией. Дверь без вывески, кроме короткого слова «Vino» — иначе бар легко пройти мимо, не заметив.
Наука
Анатомический театр Архиджинназио
Piazza Galvani
Вход по билету, бронирование обязательно — заходи через главную библиотеку Архиджинназио.
КрасотаСюрприз
Зал вырезан из дерева целиком — стены, скамьи, потолок. Ни следа камня. По бокам от кресла профессора стоят две фигуры без кожи, с открытыми мышцами. В центре — мраморный стол, на котором когда-то вскрывали тела при свечах. Университет Болоньи — старейший непрерывно работающий в мире, основан в тысяча восемьдесят восьмом году. Анатомический театр построили в тысяча шестьсот тридцать седьмом — студенты рассаживались ярусами вокруг мраморного стола и смотрели, как профессор объясняет строение тела на настоящем. Резчик Эрколе Лелли вырезал из дерева две фигуры со снятой кожей — их называют «Спеллати», их до сих пор видно по обе стороны кафедры. Во время Второй мировой авиаудар почти полностью разрушил зал — восстанавливали его буквально из обломков, собирая уцелевшую резьбу заново, деталь за деталью.
Найди на потолке фигуру Аполлона в окружении зодиакальных знаков — большинство смотрит только на стол внизу. Библиотека наверху работает до сих пор — там сидят настоящие исследователи с книгами, в двух этажах над «Спеллати».
Улицы
Портик на Пьяцца делла Мерканция
Piazza della Mercanzia
Любое время — портик открыт всегда, это просто улица под крышей.
Сюрприз
Деревянный портик тринадцатого века, потемневший от времени. В полу одной из галерей — круглая дыра, слишком маленькая для люка и слишком заметная для случайности. Совсем небольшая дыра. Внизу под ней — вход в дом. Портики в Болонье появились самовольно — в двенадцатом веке город переполнили студенты и профессора, жильё стало в дефиците, и горожане начали пристраивать вторые этажи прямо над улицей, на столбах. Долго это было незаконным строительством, пока статут тысяча двести восемьдесят восьмого года не узаконил портики и не обязал строить их у каждого нового дома — с условием, что они останутся открытыми для всех, а не только для владельца. Дыра в полу именно этого портика — по местной версии, смотровое отверстие: хозяева верхних этажей могли разглядеть, кто стучится снизу, прежде чем открыть дверь, во времена, когда чужаку внизу доверяли не сразу. Сегодня в Болонье шестьдесят два километра таких портиков — больше, чем в любом другом городе мира.
Посмотри вниз, проходя вдоль галереи — дыра в полу маленькая, легко пройти мимо не заметив. Портики начинались как самовольная застройка. Через полтора века город сам обязал строить их у каждого дома.
Башни
Азинелли и Гаризенда
Piazza di Porta Ravegnana
Обе башни закрыты для подъёма — Азинелли из-за работ на соседней Гаризенде, смотреть можно только снизу.
ТишинаКрасота
Две башни двенадцатого века стоят почти вплотную, одна выше, вторая заметно накренилась. Соревнование в камне. В Средние века таких башен в городе было больше сотни — знатные семьи соревновались высотой. Сейчас на весь город осталась лишь горстка. Гаризенда наклонена сильнее Пизанской башни — четыре градуса против неполных четырёх у знаменитой соперницы. Данте видел башню, когда учился в местном университете, и сравнил её наклон с падающим великаном Антеем в тридцать первой песни «Ада». Соседнюю Азинелли веками не разрешали покорять студентам перед защитой диплома — по поверью, подъём на неё до выпуска сулит университетский провал. Обе башни сейчас закрыты для посетителей — Азинелли из соображений безопасности, пока идут работы на соседней Гаризенде, накренившейся ещё сильнее за прошедшие века.
Встань точно между башнями и посмотри вверх — угол наклона Гаризенды виден отчётливей всего с этой точки. Данте писал про наклон этой самой башни, стоя, возможно, ровно на этом самом месте.
Церкви и часовни
Санто-Стефано, Семь церквей
Piazza Santo Stefano
Открыт ежедневно, вход свободный — в отличие от большинства церквей Болоньи с платным доступом к музейной части.
ТишинаКрасота
Комплекс из нескольких церквей срастается в один лабиринт — заходишь в одну дверь, выходишь совсем в другом дворе. Легко потерять счёт дверям. В центре Дворика Пилата стоит каменная чаша восьмого века. На одном из надгробий под портиком закреплены настоящие портновские ножницы. По легенде, епископ Петроний в пятом веке решил повторить в Болонье святые места Иерусалима — отсюда и второе имя комплекса, Санта Джерузалемме. Изначально церквей было семь, сейчас осталось четыре — остальные объединили при перестройках. Дворик Пилата назван в память о месте, где судили Христа: в центре — каменная чаша лангобардской работы, символизирующая тот самый таз, в котором Пилат умыл руки. Под соседним портиком сохранилось надгробие портного — с настоящими металлическими ножницами, вмонтированными прямо в камень, единственное указание на профессию покойного, без единого слова эпитафии.
Пройди через все внутренние дворы до конца, не останавливайся у первой же церкви — комплекс раскрывается постепенно. Надгробие портного не говорит ни слова о его жизни — просто пара ножниц, вмонтированных в камень, и больше ничего.
Место дня
Каждый день — новое место, из любого города. Без обещаний, что это будет именно Болоньи.
